Всем смертям назло…
Люди военного поколения особые. Хотя бы потому, что, например, материальные ценности и блага всегда существовали для них преимущественно как некое дополнение. Кроме того, бывшие фронтовики умеют стойко переносить любые беды-невзгоды, быть потрясающими оптимистами в любое время. Именно таким и является ветеран второй мировой войны Иван Антонович Ясюкайть, который в нынешнем году отмечает свой 100-летний юбилей. Думаю, рассказ о жизни ветерана и его воспоминания о тех грозных событиях будут интересны нашим читателям.Родился Иван Антонович в деревне Тусуманцы, где и живет по сей день. Через дорогу когда-то был родительский дом. В семье было трое детей, Иван — самый старший.
— В 1937-1938 годах я служил в польской армии, а в 39-ом нас отправили на войну. Я тогда был в звании младшего сержанта. На вокзале отдали приказ: «По вагонам!». Вокруг крики женщин, жалостливые возгласы… Куда везут, зачем? Полная неизвестность, — со слезами вспоминает ветеран. — Одна мысль тогда была: вернется ли кто живым? Позже стало ясно, что двигаемся в сторону Бреста. Высадили на границе. 14 дней шли бои в лесном массиве. Немец наступал. Казалось, вражеские силы бесчисленны. Но приказ «вперед!» — и все, будто обезумевшие, вступали в бой.
Вместе с Иваном Антоновичем на фронт попали и другие молодые ребята из соседних деревень: Равлушевич из Германишек, Мелько из Лошаков, Пецкелюн, Сельницкий, Земенчук из Станишей. Но самым близким его товарищем стал офицер Непокучицкий, которого к ним на службу направили сразу после учебы.
— Совсем юнец был парень, — тяжело вздохнул мой собеседник. — Мы подружились и старались держаться друг друга: мало ли, подсобить в чем или при ранении помочь укрыться. Жаль, короткой была наша дружба. Однажды при перестрелке командующий приказал отступать. Мы с другом вместе отходили, и вдруг — автоматная очередь. Непокучицкий упал и начал кричать: «Ян, ратуй, ратуй!». Я замер на несколько секунд в недоумении, а когда опомнился и хватился его поднимать, было уже поздно — он умер. Меня долго еще мучил вопрос: почему не я?
Враг шел по пятам. Кого настигла пуля, а оставшихся в живых захватили в плен. Среди них оказался и Иван Антонович. Пленных погнали в Алленштейн, это недалеко от польской границы. Питались только подобранными по дороге яблоками. Через несколько дней дошли до территории лагеря. Начались долгие дни ожидания и выживания…
— После нас отвезли в двухэтажную усадьбу. Разместили на ночлег в бараке. Всюду грязь, вши. Поставили условие: накопаешь 600 кг картофеля в день — хлеб будет. Нет — будешь голодать. Тяжело было, но потом помогло знание литовского языка. Талоны на хлеб после отработки выдавали «литвины». Заговоришь, бывало, с ними на родном их языке, пошутишь, а они тебе лишний талон на еду. Вот так и выкручивались, чтобы выжить. Здесь мы пробыли около месяца. Потом пленных разделили и выставили «на продажу». Я попал в фермерское хозяйство, где пахал, доил коров, делал работу по дому. Здесь вернул себе человеческий облик: помылся, впервые за несколько месяцев, мне выдали чистую одежду. Питание какое-никакое было, крыша над головой. Но вскоре из соседних ферм пленные стали убегать, и нас снова вернули в лагерь. Последней точкой на чужбине, где я оказался, стал небольшой городок на границе с Данией. Я попал к хорошим людям. По хозяйству работали вместе: он, его жена, я и еще одна русская девушка. Часто приходилось не только физически работать, иногда на меня хозяева оставляли своего годовалого сына. Были моменты даже какого-то веселья и радости…
Как оказалось позже, родители Ивана Антоновича как-то узнали о том, что их сын жив. И это их обнадеживало.
Вернувшись домой, Иван Антонович жил в отцовском доме, работал в колхозе. Вспоминает, как зимой рубили болото — добывали торф. Потом в составе бригады занимался строительством — разруха ж была везде, 20 лет колесил по всему району.
— Через несколько лет после войны решил, что буду строить свой дом — руки есть, сила тоже. Председатель колхоза помог со стройматериалами, товарищи и знакомые подсобили в работе. Потихоньку стройка продвигалась. Женился на Ядвиге из соседней Дайновы. Родились дочери — Галина и Чеслава. Работали много: жена с детьми по хозяйству, я с утра до ночи на стройке.
У Ивана Антоновича было немало случаев, когда его жизнь висела на волоске и в мирное время. Как-то летом он решил переночевать с маленькой дочкой в новом недостроенном доме (одна из комнат была уже готова). Легли спать на тахту у окна, как вдруг раздались раскаты грома и комната полностью осветилась. Через щель в окне в помещение мгновенно влетел огненный шар. Небольшой сквозняк буквально спас мужчину с девочкой — шаровая молния вылетела через окно в соседней комнате и растворилась. Об этом страшном случае еще долго напоминали опаленные волосы и чувство страха перед необъяснимым явлением природы.
Несмотря на все невзгоды, сегодня ветеран не жалуется на жизнь. Радуется, что в сто лет здоровье не покинуло, жена, дети, внуки рядом, правнуков дождался. Чего еще хотеть? Разве что мирного неба для своих потомков…
Галина ШЛЕМПО.
Фото автора.
